ЛИРИКА/LYRICS

ГОЛОС

-1-

Как корчился туман над сонною Невой,
Сводя до судорог мосты по берегам,
Я видел мельком, ну а сам
Сидел и слушал Голос свой,
Опасливый,
Как в трещинках стакан.
Пусть мямлит мне со дна
Невнятно, недовольно что-то вроде,
Не слушаясь моих поводьев;
Но вдруг в мгновенье
Он возник громадой из бездонной тьмы,
Согнав чудовищ глубины
На мелководье.

-2-

Внизу, в тумане тротуаров
Знакомых громоздился улиц коридор,
Ряды машин пустых, и светофор
Распугивал трамваи на бульварах.
Они, обиженно сигналя,
Неспешно уходили,
Съезжая с рельс привычной борозды,
И электричества трескучие цветы
Им жизни больше
Не дарили:

Шарахнулся по стенам сумрак,
Испугавшись фитиля свечи.
Огонь её под треск угля в печи
Сам по себе зажил.
Вся комната и стол,
И занавесок ломаные тени -
Вы собеседники мои, виденья;
И снежной ночью представленья
Вы мне даёте
За гроши:

Казалось, что в поклоне
Головы свои
Склонили фонари,
Подслушивая разговоры
Немых прохожих.
Груды дней сминая,
Их силуэты
в переулке
шли.

-3-

Мы по инерции
Держались текста
После спектаклей.
Часы ролей бестактно
Растягивали бы на века,
Когда б не веки ледяная мгла
Сомкнула намертво и мрамором легла
На веки.

-4-

Событья меркли, и ненужных
Эмоций вылиняли витражи.
Судьбой расчерченные жизни чертежи
Валялись тут же.
Я шёл меж символов
И алхимических сосудов
В ту комнату, откуда
Истоки жизни истекать должны.
В ней было всё на месте:
Трагедии и песни,
Сентиментальная разлука -
Сплетались нотами приятными для слуха;
В ней было всё,
Но вместо духа
Лишь облаков
клубились
миражи.

-5-

Они бежали, и фонтаном
Рассыпались в бензиновых разводах лужи.
Странно,
Но изогнувшийся фонарь потухший
Их изучал из темноты;
А те плескались, как киты,
Что греются в закате на стыке Океанов.
Я обернулся -
Вдалеке,
Поводья подобрав,
Развалины веков стирая,
Утёсы всадников мерещились, вставая,
Как города во мгле.
Видать Бессмертным стало тесно в рае,
Как только счастье потеснилось на земле.

-6-

Что толку веселиться, сотрясаясь,
Когда улыбка лишь рефлекс от электричества,
Да дело и не в ней;
Так скоморохи, жизнью опиваясь,
Спешат расстаться с жизнию скорей.
И их веселья нервное безумье
Рвёт с якорей фрегаты в новолунье,
Швыряет в бездны и вонзает в тверди;
Ты слышишь? Падают в бессмертье
Их мачты сломанной мечты,
И к раненым через времён хребты
Перешагнут тысячелетья
На суд из вечной мерзлоты.

Нет счастья,
Есть счастливая усталость
От приключенья
С трубкою у рта,
И стоит улыбнуться - наша радость
Всегда божественно грустна.

-7-

Ну, что же,
И закончим мы.
И Голос мой
Начал бубнить невнятно,
Став боле не понятным мне.
Но можете и вы,
Как я, прозрев внезапно,
Его растормошить на каменистом дне.
А я откланяюсь;
Моя поэма спета,
Рассыпавшись на тысячи осколков слова,
Но я вернусь,
Покуда место в мире этом
Мне не найдётся снова.

21-24 августа 1998 г.
Деревня

Д. Л.

Штампом любовь втрафаретив
В меня между рёбер каркаса,
Выкристаллизовал ветер
Мой облик, как с иконостаса.
Уже и отряд под трубы
Вдвенадцатиром гарцует,
И с рельсом трамвайным Иуда
Практикуется в поцелуе.
Кто сказал б мне всё это, над ним я
Лужей выхаркал бы веселье,
Но уже мои адрес и имя
На вкопанных шпалах висели.
И час грянул, себя ждать не заставив!
Пошатываясь кое-как,
Я взошёл, аккуратно поставив,
Свои тапочки возле креста.

Весна 1997 г.

Архитектура

Оштукатуренные залов анфилады,
Изгибы лестниц, колоннады,
Приветствуют меня громады
Дворцов раскрошенные капители.
Увы,
Их лица потускнели,
Но всё же рады
Меня встречать рукопожатием прохлады
Своих туннелей.

Был вечер,
И он лился в переплёты стёкол
Высоких монастырских окон.
Уже был вечер.

Швыряя эхо из-под каблуков
В расписанные сферы куполов,
Мой силуэт чудовищным теням маячил в такт.
Я, как безрукий музыкант,
Вздыхая у клавиатуры,
Паркеты выломанные обходил
И спотыкался об углы перил
Бессмысленной архитектуры.

Своею жизнью
Я ещё при жизни не был рад,
Хотя творенья рук моих о чём-то говорят,
Но их глаза заплывшие,
Увы, не на творца глядят,
А так,
Куда-то вправо.
В них стало что-то проку мало
Мне погребённому века тому назад.

Клочок чужой земли,
Где мы, как гости, шли
И кланялись нам чуждым танцам,
Стал Ренессансом.
Но мир,
Где дом мой одинокий был,
Туман
Средневековием
покрыл.

Был вечер,
И он лился в переплёты стёкол
Высоких монастырских окон.
Уже был вечер:

Октябрь 1998 г.

Литература

Обречённые,
Искалеченные речами учёными,
Изцитировавшиеся прочитанным до нелепости;
Благо есть среди чтецов глубинами увлечённые,
Хотя едва ли замеченные на поверхности.
Отощав,
Повыев с глубин всю растительность,
Они на отмели всплыли,
Как будто выглянув с фотографии,
Спросили:
"А единственна ли действительность?
Ведь порою места, где мы были,
Не влезали в меридианы Географии".
Так всё прочитанное -
Не более чем начитанность,
Пока не станет чистой биографией.

21 января 1999 г.
Деревня

Метаморфозы

-1-

Вышли сроки все,
А так и не вышло
С очевидцами слиться
Или слыть за провидца,
В обвале вытянуть тринадцать выживших
Или выжить одним из тринадцати,
Маршруты телами выложивших,
Веками
Штурмующих полюса
Начальников экспедиций,
Вмёрзших пальцами
В радиостанции.
Вечность
Не памятлива на лица,
В одежды отличий нас облачает,
Но тонких различий не отличает -
Провидцы мы иль проходимцы.

И отчаявшись бредут обратно
Недавно кидавшиеся в рукопашную;
Им незачем пересекать экватор
Маршем.
Порою страшно, но так бывает,
Живые мёртвых порой покидают,
Теряясь в координатах Материка.
Я не плачу по ним, но от радости
Тоже, знаете ли, не стаптываю сапога.

-2-

А что? Бросить всё, уехать в посёлок,
Стать этаким новосёлом,
Волочиться за дочкою пасечника,
А утром с соседом-дачником -
За карасём!

Но как пить дать
Пройдёт два месяца,
И от выдохшейся весёлости
Одна будет радость - повеситься,
О чём свидетельствуют: лестница,
Верёвка и крюк, заранее припасённые.

Ведь не те нам души о Метаморфозы бьют,
Кто врос по пояс в гробниц коридоры,
Другие за это в ответе, которые
Из жизни быть вычеркнутыми не умеют!

весна - 10 июня 1999 г.

Снегопаденье

Сейчас шестое ноября;
Кто знал, что дождь в начале дня
Домов измочит блоки,
И будет капать с чёрных крыш,
Лишь из подъездных выйдет ниш
Прохожий одинокий.

А два года назад, как-то странно,
Ночью первого - снегопад.
В ноябре мы очнулись внезапно -
Все машины под снегом стоят.
Во дворах испетлялися тропы;
У подъездов гребли по утру
Бульдозерами сугробы
В девяносто шестом году.

6 ноября 1998 г.

Рождение

В чёрном,
Как похороны декадента,
Вышел
Из многоэтажной утробы,
Как новый,
Срезав нашивки вшивого идеализма,
Чистый,
Местами заштопанный возрастом
Лицеист.
Знаменьем не было отмечено
Рождение моё, и свечи
На маскараде не срывались с люстр
От вихрей фраков.
Звонки трамваев
И оскалы фар из мрака,
Всё не переставая,
Лизали асфальт проспектный;
В век нам
Не выдавить состраданья
Из шпилей высотных зданий,
И улицы на брудершафт
С нами тоже бы пить вряд ли стали.
Так что было всё как обычно,
Но уже сторонился ветер -
Мечта шла за эхом птичьим,
Единственная на свете!

Лето 1999 г.

Праздник водоворотов

-1-

Утром я вошёл в мой город, опоясанный древними кратерами.
По проспектам, с четырёх сторон света
стекались великаны-барды, изображая мифы народов.
Средь пучины на подмостках, висящих над бездной,
Роланды воспевали свои подвиги в бесчисленных поражениях.
Расплёскивая ослепительные струи льда,
разлетались брызги колесниц обоих солнц.

Предки человечества, обезображенные религиями,
бродили по улицам Будущего.
Вся история земли - с походами, кровью, бунтами, чудесами, географическими открытиями, эволюциями всего живого -
разыгралась на переполненном манеже Амфитеатра.
Семь транс комедиантов на 12-ти площадях одновременно
давали представления из шедевров мира.
Музыка и кружение атмосфер,
столкновение льдин и светил!
Провалы в бездны!

Повсюду, как бывало во дни мира, - балаганы и караваны с Востока,
трубадуры с ключами от символов всех мыслимых религий и парадоксов.
Шаманы, канатоходцы, друзья, вельможи, случайные встречи в толпе,
рукопожатия, вызывающие столкновения Архипелагов,
удивление и восторг - и всё это
среди водопадных каскадов над лучами пропасти.

-2-

Пришли в движение все пророчества и сказания,
лесные клады и жемчужницы на коралловых глубинах.
С кругосветных гор долетали песни Орфеев,
рождая эхо в Царстве Мёртвых.
В толпе, на знойном бульваре я различал персонажи и сюжеты,
когда-либо рисованные Старыми Мастерами.
В прохладе аквилонов отдыхало воплощение зла -
Красота, в муавровых лентах и рубиновом бархате.
Атласно золотая волна изумрудной бирюзы в её бокале с Радугой.
Жидкий хрусталь стекает с ног.

Продуваемая бризом через распахнутые окна, пустая Библиотека в зарослях палисандра на морском откосе.
Полдень.
Вид с бойниц на степные вышки.

-3-

Позднее.
На закате, со стороны пустыни
возвращались пропавшие некогда экспедиции.
В гостиницах и трактирах их уцелевшие Одиссеи
расплачивались золотыми реликвиями
из найденных на Титане кладов.
В эту ночь наступил разом
Канун всех праздников Доязыческого Христианства.
Старые моряки с отблесками факельных шествий в зрачках
вспоминали былые кругосветные плавания.
Утопии вздымались светящимися городами,
едва слетев с языка рассказчика.

Над головами немногих удравших с праздника на песчаные дюны
чередой проходили миллионы лет существования Зодиака.
Северное сияние завораживало стада, несущиеся средь горных лавин.
Тем временем, над гребнями океана
обозначились шпили исчезнувших цивилизаций.
Из многокилометровых труб поползли видения библейского рая.
В полночь колокол возвестил исполнение пророчеств
и рождение последнего Мессии.

-4-

У костра, в кругу собирающихся в дорогу пастухов-чародеев,
мы все были очевидцами явления Пяти Сторон Света.
Предметы стали видны как в объёме, так и во времени -
зрелище поистине ужасное!
Шли обворожительно-хаотичные смены Времён года и фаз луны.
Беспорядочное движение радуг, восходов и закатов.
Созвездия обоих широт предстали воочию в короткий миг Затмения.
В тот же час все мыслимые катастрофы пронеслись над городом,
и город наслаждался каждой поочерёдно.
Благоговейное преклонение колен в восхищении стихиями!

-5-

Мгновение - и провал в бездны Вселенных.
Водоворот прошлого и будущего, цветных бликов
и путешествий в толще пульсирующей Материи.
Слияние со скоростью и свободой!
Вверх и вперёд - на миллионы эпох солнечных приливов!
В секунду исчезли понятия и названия вещей -
разноцветный извивающийся поток. Его хвост канул в Ничто.
Единственно существующей осталась только пустота пространства.
Но вскоре и оно усталым, но довольным вздохом погасло.
Праздник завершился.

17 - 25 октября 1999 г.

БЕЛАЯ ЛОШАДЬ, ЧЁРНЫЙ КАТОК.

О, Белая Лошадь!
Ты - вдалеке.
Хмурые ёжики
Лезут к реке.
Убил медвежонка
Трёхтонный каток;
С банкой варенья
Лежит между ног.

О, Лошадь!
Два белых горба
Позволь мне спилить с тебя,
Будь так добра!
"Прости, Ёжик", -
Молвила Лошадь в тоске,
Неслышно подъехав на чёрном катке.
Пусть эта баллада
Пойдёт детям в прок.
О, Белая Лошадь,
О, Чёрный каток.

О, Белая Лошадь,
Сундук на копытах!
Жребий твой брошен
В веках первобытных.
Вздохнул бедный Ёжик,
Конины отрезав.
О, Белая Лошадь
На чёрных протезах!

6 сентября 2000 г.